0,0000000000005 мм

Такова толщина инструмента, с помощью которого микрохирурги областной клинической больницы проводят уникальные операции по восстановлению утраченных конечностей

Микрохирург Денис Корнилов

В отделении микрохирургии Иркутской областной больницы каждый день совершаются маленькие чудеса: люди обретают утраченные пальцы и кисти рук, получают возможность работать и жить полной жизнью. Мы понемногу привыкаем к тому, что это уже возможно. Но какой ценой даются врачам эти ежедневные операции? Ведь все они выполняются под микроскопом производства фирмы «Карл Цейсс» (Германия), который имеет увеличение в 24 раза, а рабочую поверхность хирургического инструмента, которым сшиваются нервы и артерии, невозможно увидеть невооружённым глазом. Толщина рабочей поверхности инструмента составляет величину, в которой не сотые и даже не тысячные доли миллиметра: её размер — ноль целых и ещё 12 нулей после запятой! Каждая такая операция может длиться 11—16 часов кряду. Несколько бригад микрохирургов, сменяя друг друга, спасают жизнь пациентам. Сегодня мы расскажем об одном из кудесников — Денисе Корнилове.   

Это был просто адский день!

Мы редко задумываемся о том, что значит для нас наше здоровье. Мы его просто не замечаем. И зачастую вспоминаем о нём только тогда, когда его теряем. Так произошло с молодым, но уже довольно известным в Иркутске художником — Андреем Журавлёвым. Он окончил Иркутское художественное училище, стал обладателем золотой медали по живописи и серебряной — по графике, лауреатом премии Турчанинова, премии Марка Сергеева, лауреатом премии мэра города Иркутска. Талантливый парень, который очень успешно занимается и керамикой, и графикой, и живописью, в тот сентябрьский день работал в окружении своих коллег, как обычно, у себя в мастерской. Наступило обеденное время, и художник решил сделать полки, чтобы расставить керамику. Андрей взял в руки циркулярную пилу, начал пилить доску. Одно неверное движение, и… четыре пальца левой руки остались лежать на полу.  А что такое руки для художника — объяснять не надо.

— Чтобы написать картину — нужны две руки, чтобы на гончарном круге сделать кувшин — нужны обе руки, чтобы вылепить скульптуру — нужны две руки. Конечно, я понимаю, что есть на свете много успешных художников, которые рисуют одной рукой и даже вообще без рук, но…  Я отдавал себе отчёт, что качество моих работ значительно снизится, если я буду работать только одной рукой, — вспоминает Андрей тот сентябрьский день 2017 года. — И ещё я понимал, что не имею права поддаваться панике, не могу ни на секунду потерять самообладание, хотя боль страшная. Это был просто адский день! Я сам выключил пилу. В мастерской было много людей, поэтому одному я приказал наложить мне жгут, другому — собрать пальцы и положить их под холодную воду, третьему — вызвать скорую. Друзья-художники помогли мне справиться.

Скорая приехала быстро. Врачи неотложной помощи всё делали быстро и грамотно, поэтому конечности удалось сохранить. Художника доставили в областную клиническую больницу, в отделение микрохирургии, где дежурил хирург Денис Корнилов.

— Я считаю, что мне очень повезло! Для меня Денис Николаевич — лучший врач в Иркутске. Он принял меня и сделал всё, что мог. Одиннадцать часов он боролся за мою руку. Сложнейшая операция шла в два этапа. Первый длился около семи часов, а второй — пять. Я не помню этого, потому что периодически терял сознание, спал. Мне потом сказали, что было сильное кровотечение, но я этого не помню.

Я смотрю на прооперированную руку Андрея: на левой руке подвижны все пальцы — они сгибаются, держат глину, они живые, и они восстанавливаются! Тем не менее микрохирургам ещё предстоит немалая работа. Художник перенёс две операции, предстоит ещё три. Нужно восстановить сухожилия, правильно сшить все мышцы и нервы. Кисть руки, и особенно пальцы, это тончайшие капилляры, артерии и нервы, которые нельзя разглядеть невооружённым глазом.

Если бы вы видели эту руку

Областная клиническая больница, отделение микрохирургии — это настоящая кузница профессионалов. Ведь не только Андрею Журавлёву восстановили кисть руки. У всех на слуху случай, когда пришили пальчики Максиму Зырянову, годовалому малышу из Хомутово. Не так давно микрохирурги полностью восстановили руку молодой женщине, матери троих детей, которая чуть не утратила правую конечность в промышленной мясорубке. От пальцев до плеча рука была втянута в измельчающий механизм и представляла собой просто кровавое месиво. Прошло каких-то полгода, и женщина уже может написать свои имя и фамилию, и даже вышла на работу.   

— Вот посмотрите эту съёмку, — говорит Денис Корнилов, показывая мне видео, записанное на телефон: за столом сидит молодая женщина и пишет на листочке своё имя. — Если бы вы видели, в каком состоянии была её рука, когда пациентку привезли к нам на операцию. Были изувечены все мышцы, переломаны кости, разорваны сухожилия и вены. Мы бились за эту руку в течение многих месяцев. И результат налицо! Женщина вернулась на работу, она может теперь ухаживать за своими детьми. Она живёт полнокровной жизнью. Вот недавно приходила к нам…

В Иркутске — лучшие врачи

Конечно, Денис Корнилов не один делает эти операции. Один человек ничто, если нет помощи коллег-профессионалов. Высококлассная работа анестезиологической службы и работников операционного блока позволяет  проводить операции величайшей сложности.    Страшно даже сказать, но длятся они иногда по 18 часов! Зачастую операции идут одна за другой, с интервалом в несколько месяцев. Бригады хирургов, сменяя друг друга, делают уникальную работу, которая по силам только лесковскому Левше. Хирурги не могут видеть свои манипуляции невооружённым глазом: операции идут под микроскопом, при максимальном — 26—28-кратном — увеличении.

— Я долго учился делать операции под микроскопом, — рассказывает Денис Корнилов. — Вся трудность в том, что ты видишь место операции опосредованно, через увеличивающую линзу. При микрооперациях роль глаз выполняет микроскоп. И необходимо так скоординировать свои действия, чтобы они совпадали с тем, что ты намерен сделать. Грубо говоря, амплитуда наших движений, даже самых незначительных, при таких микрооперациях оказывается очень большой. И надо научиться совершать едва заметные, но вместе с тем точные микродвижения, поскольку ткани такого диаметра невероятно хрупки. Это самое трудное. Надо уметь наложить швы даже на такие нервы, диаметр которых в три раза меньше толщины человеческого волоса. Но моя работа мне приносит радость, потому что я вижу результат.

Недавно Денис Корнилов провел операцию по восстановлению утраченного сустава пальца. Девушке всего-то 19 лет. Роковая случайность: летом она потеряла сустав пальца на левой руке. И это серьёзный косметический дефект, который причинял девушке немало страданий. Врач-микрохирург сам разработал технологию по замене отсутствующего сустава искусственным углеродным имплантатом. Сейчас сам Денис Корнилов и коллектив областной больницы получают патент на это изобретение. А девушка радуется своей восстановленной руке. 

Денису Корнилову всего тридцать, но он уже опытный хирург, кандидат медицинских наук. После окончания вуза в 2010—2012 годах проходил ординатуру на базе Российского научного центра хирургии им. Б.В.Петровского в Москве. В 2015 году окончил аспирантуру при кафедре пластической и реконструктивной хирургии Института послевузовского профессионального образования врачей в 1-м Московском государственном медицинском университете им. И.М.Сеченова. В 2015 году защитил кандидатскую диссертацию. Наставник Дениса Корнилова, хирург Иван Владимирович Попов, кандидат медицинских наук, держит своё отделение в рабочем напряжении: все семь суток в неделю опытные хирурги готовы к работе. Но всё познаётся в сравнении.

— Мой друг, двадцатилетний парень, учится на врача. Совсем недавно окончил медучилище, а сейчас работает медбратом и учится параллельно в медицинском университете, — говорит художник Андрей Журавлёв. — Когда он увидел мои пришитые пальцы, которыми я уже и глину могу замесить, и кувшин вылепить, то страшно удивился: «Как тебе это удалось? Это просто чудо какое-то!» Оказалось, что тот парень потерял палец, но его на скорой доставили в другую больницу и палец пришивать не стали — просто зашили рану. Я ничего плохого не хочу сказать про другие больницы, но благодарю Бога, что я попал в областную больницу, к Денису Корнилову. Он не только сделал мне все эти операции, но и лично делал мне перевязки. Всем своим пациентам он делает перевязки сам. Не передать никакими словами, как я ему благодарен! Быть человеком — это тоже призвание.

Только цифры

  • За год микрохирург областной клинической больницы Денис Корнилов проводит 400—450 различных операций.
  • Операция по восстановлению пальцев длится в среднем 11—18 часов; работа ведётся через микроскоп системы Карла Цейсса, при 24-кратном увеличении. Толщина
  • рабочей поверхности микрохирургического инструмента — 0,0000000000005 мм.
  • За 6 лет кандидат медицинских наук, микрохирург Денис Корнилов провёл более 2400  операций различного микрохирургического профиля.
  • Бригада микрохирургов, анестезиологов и сестринского персонала в отделении микрохирургии Иркутской областной клинической больницы работает по 24 часа все 7 дней в неделю.

В результате несчастного случая художник Андрей потерял четыре пальца на левой руке, но микрохирурги сотворили настоящее чудо, и мужчина вновь работает 
на гончарном круге

Комментарии

Нажмите "Отправить". В раcкрывшейся форме введите свое имя, нажмите "Войти". Вы представились сайту. Можете представиться через свои аккаунты в соцсетях. После этого пишите комментарий и снова жмите "Отправить" .

Система комментирования SigComments